Орфей

Однажды, падая в обморок, сражённый стрелой Амура,       во дворике Михайловского замка успел записать удивительный стих и позже ещё что-то такое, странное, эхом записывал за кем-то, чем-то, решил бродить и петь их по земле. Уходя из театра, услышал: « мы так танцуем, а ты так пишешь». Я стал учиться танцевать их.

Формообразующие согласные, объём и траектория гласных звуков, пульс, как ритм стиха, рождение метафоры и её преобразование, туда, куда летит душа артиста.

Было много версий этого спектакля. Самая удачная - первая, но она свершилась и умерла. На одном представлении в заброшенной фабрике ступил босым в стекло. И дальше, теряя силы, танцевал и шёл по идеальной линии необходимого. Финал, как сон – коррида, где я бык, всё вокруг в крови, публика по кругу, взгляд уже не фокусируется. Больше я не мог его играть таким. И пошло-поехало, меняюсь я и он со мной.

Это долгий поиск, все формы мертвы, живо движение к абсолюту, а он – недостижим.